На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Святой Матфей
Святой
Матфей, 1661


   
Снятие с креста
Снятие с
креста, 1634


   
   
Христос в Эммаусе
Христос
в Эммаусе, 1648

   

   
Давид и Урия
Давид и
Урия, 1665


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 5

- Он был хороший человек, - сказала Антье. - Даже как-то отрадно думать, что среди нас жил такой хороший человек.
- Да, да, - дрожащим голосом отозвалась мать. - А как внимательны к нам были на похоронах его заказчики!
Предупредительность покупателей всегда была предметом ее невинной гордости.
- Кстати, о заказчиках, - начал Адриан, придвинувшись поближе к карте и скрестив руки на груди. - Дела надо будет возобновить еще до конца недели. Я понимаю так: если произойдет перерыв в поставках, они, при всем их добром к нам отношении, начнут покупать солод у других.
«Еще до конца недели? Так скоро?» - думал Рембрандт. Несмотря на всю воскресную торжественность дня, сегодня была только среда; значит, если покупатели явятся в пятницу, безжалостные крылья мельницы должны завтра же опять прийти в движение. А он так измучен бессонницей, всем пережитым и долгими месяцами двойной работы, что, кажется, рукой пошевелить - и то не в силах. Он думал, что этот день и вечер будут началом отдыха, пусть даже невеселого и краткого, а теперь оказывается, что отдохнуть удастся только этот день и вечер.
- А нельзя отложить дела на неделю? - спросила Лисбет. - Мне кажется, заказчики могли бы дать нам небольшую передышку.
- Да, она всем вам нужна, бедные мои детки, - вставила мать.
Адриан, устремив влажные глаза в потолок, еще обдумывал предложение, а Рембрандт уже понял: ему безразлично, когда - завтра или в следующую среду - он, как бессловесное и беспомощное животное, вновь будет прикован к жизни, которую не в силах выносить. Он выдержал последние месяцы только благодаря тому, что непрестанно убеждал себя - в один прекрасный день этой каторге придет конец. Но конец пришел лишь его отцу, ради которого он только и смирял свой дух, отуплял свой мозг. Эта перспектива казалась такой безысходной, что он забылся и дал себе волю.
- Начинайте завтра или с будущей недели - мне все равно! - с горечью воскликнул он.
Геррит уставился на него глазами, мокрыми от бессильных слез.
- Не случись со мной этого, - сказал он, пнув ногой свои костыли, - никому из вас не пришлось бы возиться с мельницей. А теперь я даже не могу разделить ваше бремя.
Адриан покачал головой.
- Дели его хоть на десятерых, все равно ничего не выйдет. Это такая работа, которую ни с кем не разделишь. В этом-то вся беда.
- Что же тогда делать? - спросила Лисбет. - Надеюсь, ты не предлагаешь продать мельницу? Мы не можем пойти на это, пока...
Девушка не кончила фразу, но недосказанные слова как бы повисли в воздухе: пока жива мать.
- Конечно, нет, - согласился башмачник. - Один из нас, - Адриан смотрел не на Рембрандта, а в потолок, - должен будет делать то же, что отец: отдавать мельнице все свое время. Если мы хотим сохранить ее, а мы обязаны ее сохранить ради Геррита и матери, одному из нас придется пожертвовать всем остальным и взять на себя полную ответственность.
Пожертвовать всем остальным? Пожертвовать живописью? Нет. Даже если ему придется порвать с семьей, прежде чем осядет земля на отцовской могиле, даже если он навсегда станет жалким трусом и собакой в глазах своих ближних - нет! Но он не смеет высказать это вслух: беспомощно, как наказанный десятилетний мальчишка, барахтаться в железных руках, сдавивших его, - вот и все, на что он сейчас способен.
- По-моему, ты на это не согласишься, Рембрандт?
- Нет. Конечно, не соглашусь.
- Я так и думал.
- Я - художник, Адриан. Я не могу отказаться от живописи.
- Отец одобрил бы тебя, Рембрандт. Он хотел, чтобы ты был художником, - сказала мать, прижала платок к губам и расплакалась.
- Ах, матушка, да не плачьте вы! - вмешалась Антье, озабоченно глядя на нее. - Адриан вовсе не сказал, что управляться с мельницей должен будет Рембрандт. Никто не требует, чтобы он и Лисбет делали больше, чем до сих пор. Напротив, теперь им станет легче.
- Да, - подхватил ее муж. - Мы с Антье вчера все обсудили. Насколько я понимаю, выход у нас один: я продаю свою башмачную мастерскую, переезжаю сюда и занимаю место отца.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru