На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Портрет пожилой женщины
Портрет пожилой
женщины, 1654


   
Похищение Ганимеда
Похищение
Ганимеда, 1635


   
   
Портрет молодой Саскии
Портрет молодой
Саскии, 1633

   

   
Жертвоприношение Авраама
Жертвоприношение
Авраама, 1635


Герман Недошивин о творчестве Рембрандта

Рембрандт с огромным мастерством изобразил страшный содом и путаницу, разгоревшуюся после внезапно пробившей тревоги. Краски от времени потемнели, но, вероятно, и в первоначальном своем виде картина поражала прежде всего двумя освещенными пятнами: свет резко падает на фигуру Рейтенбурха, оставляя в тени (какая бестактность!) идущего рядом капитана, и на затерявшуюся среди солдат, невесть откуда взявшуюся фигурку маленькой женщины, похожей на Саскию. Ко всему этому Рембрандт поместил на первом плане картины лающую собаку. Проблема группового портрета, намеченная художником в «Анатомии доктора Тульпа», получает здесь свое дальнейшее развитие. Единая связь между фигурами достигается здесь все еще внешним, но уже более искусным и органичным приемом. Надо всем царит общая неразбериха. Если свет играл для Рембрандта роль выделения центральных мест композиции, то здесь он заставляет его падать нарочно на случайные, непредвиденные места. Этим усиливается то впечатление калейдоскопичности и толкотни, когда зритель вдруг замечает совершенно случайные фигуры. Этим Рембрандт оправдал для себя общее, связующее настроение, так необходимое в групповом портрете. Но для того, чтобы добиться этого общего впечатления, ему понадобилось много фигур, и вот Рембрандт наряду с лицами, заказавшими портрет и платившими за него деньги поместил кучу безымянных статистов, в массах которых потерялись заказчики. Наличие толпы особенно возмутило щепетильных офицеров, и без того шокированных необычайным портретом. Сам Баннинг Кок через некоторое время заказал еще раз групповой портрет офицеров своей роты - но на сей раз честному ван дер Гельсту.
На самом деле «Ночной дозор» вряд ли можно причислить к числу шедевров Рембрандта, хотя картина и вполне стоит на высоте его мастерства. Путь решения группового портрета через жизненно осмысленную, оригинально задуманную и психологически оправданную общую композицию чрезвычайно поучителен. Но зато отдельные характеристики теряются. В этом большой минус «Ночного дозора» как группового портрета. Это был еще слабый пункт самого Рембрандта.
Если же брать «Ночной дозор» не как портретную композицию, то в смысле передачи ситуации он сделан блестяще. В соответствии с общими своими установками Рембрандт постарался дать почувствовать «необычность» события, которая могла привлечь к себе интерес мастера, когда он работал над заказом. Но эта-то «поэтичность» портрета и не понравилась честным соратникам Баннинга Кока. «Ночной дозор» имел славу скандала. Кривая внешних успехов Рембрандта начинает с 1642 г. клониться к упадку. Внутренней неудаче картины, без сомнения, способствовало тяжелое горе, постигшее Рембрандта во время работы над картиной,- смерть его жены Саскии, оставившей ему маленького сына Тита. Конечно, уважение к Рембрандту как к художнику не было бы поколеблено, если бы «Ночной дозор» явился случайностью в творчестве мастера. Но Рембрандт оставался верен своему девизу. Он любил говорить, что он ищет скорее свободы, чем славы. Он пожертвовал славой, чтобы действовать так, как подсказывала ему его художественная совесть. Его глубокое человеколюбие, заставлявшее его отдаваться то стихии радостной поэзии, то горечи страдания и психологического конфликта, было глубоко чуждо голландской буржуазии, из голов которой давно выветрились революционно-освободительные идеи. В 1648 г. голландская буржуазия имела удовольствие быть признанной международным договором. Период революции кончился. Художник, в самых глубоких своих помыслах рожденный гуманизмом этой революции, должен был или изменить себе, или остаться в стороне. Рембрандт был непреклонен.

Сразу после «Ночного дозора» количество заказов резко сократилось. Вокруг художника остается узкий круг его близких друзей - Ян Сикс, Бонус, Уйтенбогарт, Ансло, Манассе бен Израель и несколько других. Личные неудачи следуют за творческой отверженностью по пятам. Родственники покойной Саскии, благородные Эйленбурхи, начинают преследовать Рембрандта разнообразными тяжбами, стремясь оттягать кусочки приданого или установить опеку над малолетним Титом. К заботливым родственникам постепенно присоединяется целый рои других кредиторов, осаждающих Рембрандта, никогда не отличавшегося Умением вести свои финансовые дела. Художник окончательно запутывается интригах и сложных финансовых манипуляциях. Но не эти личные неудачи определяют облик творчества позднего Рембрандта. Неизгладимый отпечаток накладывает обнаружение непосредственной бесплодности идей, рожденных революцией. Все меньше светится в его вещах радость или веселый юмор, все жестче и беспощаднее в раскрытии конфликтов становится его искусство; все чаще звучат ноты трагической обреченности, все углубленнее в себя, вдумчивее, серьезнее становится его портрет, все более грустной и тихой становится его лирика человеколюбия. Искусство Рембрандта становится как бы более замкнутым, сдержанным, все больше в нем тоски и молчаливой печали о несовершившемся счастье.
В эти годы перелома Рембрандт обращается к пейзажу, раньше редкому среди его вещей. Если в своих ранних пейзажах художник дает героическую природу, большие разворачивающиеся вдаль пространства, дубы, борющиеся с непогодой, отдаленные здания и мосты, то теперь его отношение к природе становится интимнее. Бурю сменяет тихая сумеречная погода. Набрасывая пейзаж, он как бы отдыхает. «Ветряная мельница» (образ, близкий художнику с детства) в Филадельфийском музее - один из замечательнейших образчиков такого пейзажа. У тихой реки на уступе высится ветряная мельница, с широким и величавым размахом крыльев. Спокойной отвесной линией спускается к воде скала. На той стороне реки - слегка колышущийся контур леса. Настроение спокойствия проникает этот кусок успокоенной природы. Но Рембрандт не был бы Рембрандтом, если бы он не населил свой пейзаж людьми, если бы он не заставил зрителя почувствовать жизнь в этой дремлющей природе. В его пейзажах всегда есть люди, и, как бы незначительны ни были они по масштабу, они всегда составляют душу данного куска природы, которая тем самым осваивается человеком. Благодаря человеку пейзаж получает свое содержание, он оживает какой-то уютной, успокоенной жизнью.

стр 1 - стр 2 - стр 3 - стр 4 - стр 5 - стр 6 - стр 7 - стр 8 - стр 9 - стр 10


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru