На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Ночной дозор
Ночной
дозор, 1642


   
Фауст
Фауст, 1652

   
   
Синдики
Портрет синдиков
цеха сукноделов,
1662

   

   
Старик
Старик, 1631

Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 14

Рембрандт отодвинул тарелку, недоумевая, почему его старый товарищ вызывает в нем такую неприязнь. Что это? Зависть при мысли о куче флоринов? Злость на себя - ведь он счел, что Ян сидит на мели, а тот, оказывается, обеспечен куда лучше, чем он сам? Давняя, давно похороненная обида на то, что любимцами государей становятся обычно люди безвкусные и посредственные, потому что сами государи - за исключением разве что Вильгельма Оранского, рожденного не для мантии, - безвкусны и посредственны? Он встал и наполнил свой бокал вином - вполне приличным вином, хотя Ян Ливенс привык, наверно, к сортам получше.
- Ну что ж, желаю счастья, - сказал он без особенного энтузиазма.
- Благодарю. Думаю, что все наладится. Нет ли у тебя на примете подходящего дома? Дом мне нужен хороший, но, конечно, не такой грандиозный, как у тебя.
- То, что тебе нужно, подобрать нетрудно.
- Пяти-шести комнат с меня за глаза хватит.
- А куда же ты денешь учеников?
- Учеников? Сказать по правде, мой милый, я с этим покончил. Учить - слишком утомительное занятие. Если уж я не смогу прожить своими картинами, предпочту подыхать с голоду, а учеников не возьму. Сегодня вечером кто-то сказал, что у тебя их целых одиннадцать. Не представляю себе, как ты управляешься с такой оравой. Я бы на твоем месте зачах от тоски.
Рембрандт не мог сознаться, что деньги Саскии, то есть деньги Титуса, растаяли бы за несколько лет, если бы не плата учеников. Кроме того, как ни жаль ему было времени, которое занятия с ними отнимали у живописи, он считал своим нравственным долгом передавать то, что знал сам, молодым, жадным до знаний людям, и даже испытывал при этом нечто вроде отцовской радости.
- Мне они нисколько не надоедают. Напротив, я люблю их. К тому же один из самых верных способов понять, чт6 я делаю, состоит в том, чтобы продумать и объяснить им, как я это делаю.
- А что ты, кстати, делаешь? - осведомился Ян Ливенс, и наигранное оживление в голосе его ясно показало, что он принудил себя задать этот вопрос и что картины старого друга интересуют его не больше, чем участь той английской девушки, на которой он когда-то собирался жениться.
- Так, несколько портретов. И еще кое-какие библейские сюжеты - мне давно хотелось их написать, - ответил Рембрандт и, не удержавшись, добавил: - Последней моей работой был групповой портрет стрелков капитана Баннинга Кока.
- Как же, как же, слышал. - Ян сказал это торопливо, словно слышать ему пришлось такое, что теперь он предпочел бы вести разговор на другую тему. - Мне рассказывали, что ты писал ее во время смертельной болезни жены.
Рассказчики, кто бы они ни были, воспользовались болезнью Саскии, чтобы объяснить ею то, что они считали прискорбной неудачей.
- А знаешь, - расплылся в широкой улыбке гость, с завидной быстротой забыв о чужих несчастьях, - я до сегодняшнего вечера и не подозревал, что ты опять женился.
- Я не женат.
Фраза, вырвавшаяся у Рембрандта, прозвучала воинственнее, чем ему хотелось.
- В самом деле? А я подумал... Эта молодая женщина так прелестно выглядит. Ты хочешь сказать, что она лишь твоя экономка?
Такого вопроса Рембрандту еще никто не задавал, и от злости и растерянности он ответил прямо и грубо:
- Я с ней живу. Она моя любовница.
- Прости, пожалуйста, я не знал. Гость покраснел и, чтобы скрыть смущение, поспешно допил бокал.
- Да, вот так обстоят дела. Мы с ней близки уже около года.
- Ну что ж, насколько я могу судить, твои друзья полностью признали ее. Амстердам, должно быть, сильно изменился за время моего отсутствия. Барышня Тюльп - дочь знаменитого врача, не так ли? - говорит, что она замечательно ладит с твоим Тобиасом.
- Его зовут Титус.
- Да, да, конечно, Титус. Не сомневаюсь, что с друзьями у тебя на этот счет все в порядке, но не грозит ли это осложнениями с заказчиками? Здесь все-таки не Рим и не Париж. Найдется немало людей, которые смотрят на такие вещи очень узко. Не заколеблются ли они, прежде чем идти в дом, где...
«И первой, без сомнения, это сделает твоя богатая наследница из Утрехта», - подумал Рембрандт.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 » стр 12 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru