На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Ночной дозор
Ночной
дозор, 1642


   
Фауст
Фауст, 1652

   
   
Синдики
Портрет синдиков
цеха сукноделов,
1662

   

   
Старик
Старик, 1631

Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 14

- Напротив, ваше превосходительство. Я испытываю чувство тяжелой утраты. Там я был в гуще событий, ознаменовавших самый бурный расцвет нашего искусства за последние полвека. Я, знаете ли, имел неповторимое счастье работать бок о бок с Антонисом Ван-Дейком.
- Конечно, конечно. Я совершенно упустил из виду, что вы состояли при дворе одновременно с ним.
- Он создал новую технику и был настолько великодушен, что поделился со мною своими открытиями. Это нечто изумительно свежее, и здешние нидерландские художники пока еще только нащупывают дорогу к этому.
- В самом деле?
- Да. Ван-Дейк понимал, как изысканна лессированная поверхность, какие замечательные возможности... - Ливенс откинул назад волосы и огорченно, но в то же время вызывающе взглянул на Рембрандта, - открывает художнику заглаженная поверхность. Он создал целое течение в живописи, ваше превосходительство. Он заложил основы, которые нам предстоит развивать до конца наших дней. Тициан, Рубенс, Карраччи - все они устарели после него, хотя мы, живущие по сю сторону моря, слишком упрямы, чтобы это признать.
- Вы всерьез так считаете, господин Ливенс? Мастерство и приятность - этого у него, конечно, не отнимешь, но те его полотна, которые я видел, показались Мне довольно легковесными и безжизненными.
- Я, с вашего позволения, назвал бы их, скорее, идеализированными и облагороженными, ваше превосходительство. Он раз и навсегда доказал, что накладывать краску слоем в полдюйма нет никакой необходимости, что, выписывая каждую веснушку и морщинку, ничего не выигрываешь. Но не буду вдаваться в подробности – мы с Рембрандтом недавно уже беседовали на эту тему, и спорить нам бесполезно. Если он намерен направить свой замечательный талант по ложному пути, я бессилен что-либо сделать. Могу сказать одно: безрассудно плыть против течения.
Константейн Хейгенс поднялся, встал за стулом хозяина и, как любящий ребенок, положил руки на плечи Рембрандту.
- Черт с ним, с течением! - рассмеялся он. - Этому художнику нечего беспокоиться о течениях - он сам их создает.
- Так кажется в Гааге и Амстердаме, ваше превосходительство, но в Англии...
- Англия - маленький, замкнутый в себе мирок, господин Ливенс, и, судя по тому, как идут там сейчас дела, англичанам надо беспокоиться не о течениях в искусстве, а о порохе. Континент - вот где надо определять, куда дует ветер, а по континенту я, как вам известно, поездил немало.
- Разумеется, с тем, что происходит в Италии и Франции, по-прежнему следует считаться. Я сам летом собираюсь поехать туда.
- А когда поедете, каждый коллекционер, которого вы посетите, покажет вам как одно из самых своих драгоценных приобретений офорт Рембрандта ван Рейна. А я давно убедился, что за офортами всегда следуют картины. Дайте нашему другу еще года три-четыре, и то, что он пишет теперь, будет висеть в собрании Руффо, во дворце Медичи и галерее Фарнезе. У него уже есть почитатели всюду - от Стокгольма до Палермо. Он создаст свое собственное течение, и упаси его бог подделываться под чужую манеру.
Маленькие белые руки долго тискали и мяли плечи Рембрандта, и он чувствовал, как расширяется его сердце. Что если это в самом деле так? Что если, ни разу не выехав за пределы Амстердама, он уже направляет глаза и руки других художников, учит их видеть и писать мир так, как не видел и не писал ни один человек до него? Что если Фарнезе или Медичи докажут амстердамским бюргерам, какими дураками те были, повернувшись спиной к его шедевру? Что если это в самом деле так? Последние полчаса его превосходительство расточал любезности Яну Ливенсу и, вероятно, из желания смягчить откровенность своих суждений не попросил Рембрандта свести его в мастерскую и показать, что там есть нового. Но в передней, где полусонная Ханни, отнюдь не напоминая собой статую, чуть не валилась со стула, маленький секретарь принца исправил даже этот свой промах.
- Нельзя ли попросить вас об одном одолжении – я просто не могу вернуться домой, не поговорив об этом? - сказал он, застегивая ворот плаща. - В этот раз я привез с собой двух своих старших мальчиков и - если это неудобно, вы можете отказать - хотел бы зайти к вам с ними днем на несколько минут.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 » стр 12 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru