На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Хендрикье
Портрет
Хендрикье
Стоффельс, 1659


   
Сын Рембрандта
Портрет сына
Титуса, 1657


   
   
Автопортрет с Саскией
Автопортрет
с Саскией
на коленях, 1635

   

   
Ян Сикс
Портрет Яна
Сикса, 1654


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 20

Зима, кучи опавших листьев и снег, покрывший их, как земля покрыла утраченное навек лицо, как туман покрыл память... В ту ли зиму или в следующую пришла к ним однажды утром добрая госпожа Лингелбах со старушкой по имени Ребекка Виллемс, такой маленькой, сгорбленной и морщинистой, что Рембрандт был поражен, узнав, что ей всего лет на семь больше, чем ему? У Ребекки, сказала госпожа Лингелбах, нет ни родных, ни крова, ни постели, ни очага, и, если ван Рейны дадут ей место, где можно спать, и самое скромное пропитание, она будет служить им преданно и не щадя сил. Рембрандт принял Ребекку, и Корнелия была рада этому. Благодаря энергии девочки и опытности старухи многое из того, что возбуждало в нем отвращение и било по нервам, было устранено, и у художника появилось по крайней мере пристойное жилье, где он мог, ничего не делая, пережидать суровые морозные дни.
Покой... Старая Ребекка уснула и тихонько посапывает, Корнелия сидит на коврике у ног отца и упорно, почти не раскрывая рта, вяжет при неверном свете камина. Теперь девушка уже не болтает по целым дням, походка у нее стала мягкой, глаза, вечно метавшие молнии, спокойными, но в чем причина такого превращения - в том, что Титус променял их на ван Лоо, или в смерти матери, или в том, что отец, которому больше не к кому тянуться, стал ей ближе, чем раньше, - этого он тоже никогда не узнает.
- Где твой брат? Скоро уже полночь.
- Ушел на Сингел кататься на коньках с Магдаленой.
- Неужели они до сих пор не устали?
- Думаю, что устали. По-моему, они пошли пить чай к госпоже ван Лоо.
Затем, сделав долгую паузу, Корнелия натянуто рассмеялась и добавила:
- Они ходили бы пить чай и к нам, но ты их не приглашаешь.
- А зачем? Мне достаточно твоего общества.
- Правда, отец? Мне тоже.
А в другой вечер, очень похожий на тот, - для тех, чья жизнь позади, все вечера более или менее одинаковы, - к нему пришел молодой человек из Дордрехта. Юноше было лет семнадцать, его худое красивое лицо осунулось от мороза, снег припудрил его модный бархатный наряд, шелковистые светло-каштановые кудри, густые ресницы, из-за которых его большие глаза казались еще больше, и складки его объемистого вещевого мешка из коровьей шкуры - он втащил этот мешок за собой, войдя в дом из морозной ночи. Звали его Арт де Гельдер, и он приехал из Дордрехта, чтобы поступить в ученики. Каждое возражение Рембрандта он парировал с таким вежливым упорством, что художник вскоре убедился: выставлять его бесполезно - утром он все равно опять постучится в дверь.
- Но я болен, молодой человек. Я измучен, я потерял жену, у меня едва хватает сил доучивать двух моих последних учеников.
- Со мной вам не придется заниматься, учитель. Я все усвою сам, наблюдая за вами. Разрешите мне только стоять и смотреть, как вы пишете.
- Я почти не пишу.
- Если вы прогоните меня, Голландия потеряет хорошего живописца. У меня есть способности, но мне нужно учиться, а ценю я лишь одного художника - вас. Я согласен на любую цену, какую вы назовете, только позвольте мне ходить к вам в мастерскую, изучать то, что вы пишете, и задавать вам вопросы. Я не буду мешать вам, не буду надоедать. Ну, давайте попробуем хоть одну неделю и посмотрим, что получится.
Неделя, месяц, год, два года - Рембрандт не знал, не мог вспомнить, сколько это длилось, но он ни минуты не раскаивался, что уступил тогда Арту де Гельдеру. Молодой аристократ, имевший в Дордрехте собственного слугу, стал на Розенграхт слугой своего учителя: он с готовностью растирал краски, прикладывал мокрое полотенце к воспаленным глазам Рембрандта, бегал на рыбный рынок и перехватывал у Корнелии тяжелое ведро с водой. Вопросы он ставил настолько острые, что на них было интересно отвечать; пальцы у него оказались такими гибкими, что он мгновенно научился и делать легкие мазки и писать пастозно; он воскрешал старые, вышедшие из моды теории своего учителя, влагая в них новую жизнь и отстаивая их с восторженным пылом молодости. Он снова и снова ходил смотреть «Урок анатомии доктора Тюльпа», «Отряд капитана Баннинга Кока», «Урок анатомии доктора Деймана», «Синдиков гильдии суконщиков», и ничто не могло заставить его поверить, что создатель этих картин уже не встанет больше к мольберту.
- Зачем мне это? Я обхожусь платой за учеников и тем, что приносят офорты. Кроме того, ты же видишь, как у меня дрожит рука.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 » стр 12 » стр 13 » стр 14 »
стр 15 » стр 16 » стр 17 » стр 18 » стр 19 » стр 20 » стр 21 » стр 22 » стр 23 » стр 24 » стр 25 » стр 26 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru