На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Чаша с ядом
Софониба
принимает
чашу с ядом, 1634


   
Мужчина со шляпой
Мужчина со
шляпой, 1635


   
   
Даная
Даная, 1647
   

   
Даная - деталь
Даная, деталь

Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 11

- Как жаль, что вы не пришли часом раньше! - воскликнула она, запыхавшись и блестя глазами. - Я только что показала этим дамам весь дом, и, клянусь, как я ни горда им и как я ни люблю вас, у меня просто нет сил еще раз подняться по лестнице.
- Да присядьте же, Саския, - сказала госпожа Ладзара.
Саския опустилась на стул и обмахнула рукой разгоряченное лицо.
- Я пришел не осматривать дом - у меня еще не раз будет случай сделать это. Я пришел повидать вас и вашего мужа, - сказал Тюльп.
- Как ни досадно огорчать вас, вам придется довольствоваться лишь моим обществом: Рембрандта нет дома. Он ушел на биржу - у него по горло всяких дел с правосудием. Да вы не пугайтесь - это только банкротство: мой бедный кузен Хендрик объявил себя несостоятельным.
- Очень жаль.
- Поверьте, мне тоже. Особенно если вспомнить, что Рембрандт теряет на этом тысячу флоринов - Хендрик занял ее у нас еще много лет тому назад. Рембрандт сейчас у адвоката: справляется, нельзя ли хоть что-то вернуть. Вы, я полагаю, в таких вещах не разбираетесь?
- Конечно, нет. Ликвидация - сложное дело, и даже адвокат ничего вам не скажет, пока не узнает все подробности.
- Ну, хоть я и не адвокат, но могу побиться об заклад, что Рембрандт не получит ни гроша. И это очень прискорбно: он вернется домой расстроенный, а я так хотела, чтобы он сегодня сводил меня в театр.
- Сударыня! - раздался над их головами довольно непочтительный голос.
Тюльп поднял глаза и впервые обратил внимание на красивую антресоль с полированными перилами, выходившую в приемную со второго этажа. Там, перегнувшись через перила, стояла служанка в изящном чепце, обрамлявшем угрюмое обиженное лицо.
- Что вам, Мартье?
- Большую статую в мастерской, ту, что рисуют ученики, тоже мыть?
- Конечно. Я же велела вам перемыть там все. Впрочем, подождите. Пожалуй, ее лучше не мыть - это гипс, он размокнет или еще что-нибудь. Словом, не трогайте ее.
Госпожа Пинеро вышла на середину огромной приемной, вымощенной черным и белым мрамором, и обратилась к мрачной особе на антресоли.
- Камень и кафель моют. Гипс вытирают чуть влажной тряпкой. И не окликайте хозяйку с антресоли, особенно когда у нее гости. Так себя не ведут, - сказала она.
Служанка исчезла в темноте за перилами, дамы распрощались и ушли, и Тюльп остался наедине с Саскией в приемной, великолепие которой стало по-настоящему ощутимо лишь после ухода посетительниц: просторное и роскошное помещение требовало либо многолюдной компании, вроде той, что собиралась в былые дни в доме ван Хорнов, либо полной пустоты. Без этого оно выглядело либо холодным, либо смешным.
- Здесь слишком много места, правда? - жалобно спросила Саския.
- Внушительное помещение, весьма внушительное.
- Ну если уж приемная кажется вам внушительной, то что же вы скажете о зале!
- Сидите, пожалуйста. Зал я посмотрю в следующий раз.
- Нет, я покажу вам его немедленно.
Саския по-детски оживленно вскочила со стула и взяла врача за руку.
- Рембрандт не простит мне, если я вас туда не сведу, - сказала она, ведя его по коридору, в тени которого он заметил непрозрачный изгиб мраморного ведерка для охлаждения вина и блеск большого зеркала. - Зал предназначен для гостей, а вы у нас - самый дорогой гость. Рембрандт всегда повторяет, что вы первым обратили на' него внимание и что без вас он никогда бы не выдвинулся.
На пороге Тюльп остановился и взглянул через плечо Саскии. Он готов был увидеть роскошь, но не такую же! Зал был огромен, и на мгновение врачу показалось, что помещение еще не обставлено до конца: драгоценные вещи - резной стол, десять испанских стульев, обитых зеленым бархатом, статуи богов и императоров, изумительное собрание работ Браувера, Рейсдаля, Ластмана и Сегерса - напоминали собой маленькие островки в безбрежном пустынном море.
- Как много прекрасного собрали вы с мужем! - восхитился он.
- Правда? - подхватила Саския, притянув Тюльпа за руку поближе к себе и благодарно глядя на него. - Я так рада это слышать. Нам с Рембрандтом, когда мы расставили все это здесь, показалось сперва, что вещи как бы немножко потерялись. Не присядете ли? Стулья, как известно, существуют, чтобы на них сидели, но здесь этого до сих пор еще никто не делал.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 » стр 12 »
стр 13 » стр 14 » стр 15 » стр 16 » стр 17 » стр 18 » стр 19 » стр 20 » стр 21 » стр 22 » стр 23 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru