На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Чаша с ядом
Софониба
принимает
чашу с ядом, 1634


   
Мужчина со шляпой
Мужчина со
шляпой, 1635


   
   
Даная
Даная, 1647
   

   
Даная - деталь
Даная, деталь

Гледис Шмитт. "Рембрандт". Роман-биография. Часть 11

Твердо помнил Рембрандт только одно: мысль о рисунке с Исааком и Иаковом пришла ему в голову лишь на следующее утро. До чего же приятно было потом вспоминать, как он удивился, когда открыл глаза и увидел, что набросок лежит на полу в сумеречном свете восходящего зимнего солнца!

Начиная с этого дня Рембрандт посвящал картине каждую свободную минуту. Он не сомневался, что Саския желает этого: то, что знал каждый из них, понимал, что это известно и другому, делало для них пребывание наедине слишком волнующим и тягостным. Даже после того как Саския настолько обессилела, что была уже не в состоянии пройти даже несколько футов между постелью и столом у окна, даже теперь, когда она начала кашлять кровью, и притом обильно, а рукам ее уже не хватало силы, чтобы держать и носить ребенка, и они могли только лежать вокруг него, как ненужные большие зеленые листья вокруг распустившейся розы, - даже теперь художник продолжал работать так, словно ничего не случилось. Они с Саскией были так едины, что не могли долго оставаться вместе; кроме того, она никогда не оставалась одна - при ней безотлучно была Гертье, при ней безотлучно был Фердинанд Бол. За эти недели Саския удивительно привязалась к старшему ученику своего мужа. Она возвышала голос - а он стал у нее такой глухой и слабый, что иногда его можно было расслышать лишь подойдя вплотную к кровати - для того, чтобы спросить, дома ли Фердинанд; она пробуждалась от долгого безмолвного сна, чтобы заказать его любимое блюдо ко второму завтраку; уступая его настояниям и опираясь на его руку, она добиралась до окна, чтобы взглянуть на первую зелень, в которую запоздалая весна одела тополя. Болезнь, казалось, все больше молодила Саскию: каким-то чудом река времени потекла ради нее вспять. Лицо ее, глядевшее на Рембрандта из углубления подушки, изменилось, но не стало лицом стареющей женщины: с первого взгляда чужой человек наверняка принял бы ее за девочку-подростка. Одного такого человека Рембрандт привел к жене в надежде, что это хоть на миг снова приобщит ее к тому блистательному миру танцев, великолепных приемов и громких имен, о чьи границы она когда-то билась, как бабочка в закрытое окно. Из всех доходных портретов, которые художник писал в последнее время, чтобы приостановить катастрофическое таяние своего счета в банке, он интересовался только одним - портретом недавно овдовевшей госпожи Анны Веймар Сикс, сменившей госпожу ван Хорн в качестве хозяйки самого изысканного амстердамского салона. Она заранее оговорила, что портрет должен отличаться строгим сходством с оригиналом и отнюдь не льстить ему, а также откровенно дала понять художнику, что хочет познакомиться с ним поближе: он регулярно получал от нее удивительно настойчивые приглашения отужинать у нее или посетить в воскресенье ее загородный дом и не менее регулярно отклонял эти приглашения.
Поскольку записки госпожи Сикс обычно сопровождались банкой варенья или чем-нибудь в том же роде, «чтобы пробудить аппетит у больной», Рембрандт читал их Саскии, и однажды, в начале апреля, она попросила мужа пойти на ужин к Сиксам: ей интересно, какой у них дом, и она надеется, что Рембрандт ей его опишет. Он уступил ее настояниям, пошел и, к изумлению своему, увидел, что чувствует себя там на редкость непринужденно - правда, не со всем собравшимся у госпожи Сикс обществом, а лишь с ее обаятельным сыном Яном, который знал латынь, греческий и древнееврейский, собирал картины, гравюры, книги и писал трагедию в стихах. Юноша оказался таким привлекательным и в то же время скромным, что художник не смог отказать ему в разрешении посетить дом на Бреестрат и посмотреть картины и коллекцию древностей; и когда Ян появился в приемной с охапкой фиалок для госпожи ван Рейн, муж ее осведомился, не вручит ли ей гость цветы собственноручно: в этот день Саския чувствовала себя лучше, чем обычно, и Рембрандт подумал, что она обрадуется такому знаку внимания. Она обрадовалась, но ненадолго. Несмотря на все свое изящество и любезность, этот щеголь, ученый, восходящее светило аристократии, был слишком ярок для ее глаз, привыкших к уединению. Нет, пытаться раздвинуть пределы ее жизни было бесполезно. Она довольствовалась тем, что имела, и большего не желала. Муж, Титус, Фердинанд - это весь ее мир, и другого ей не надо - вот что давала она понять Рембрандту легкой капризной морщинкой, пролегавшей между бровями, как только он заводил речь о ком-нибудь другом. По правде говоря, художник и сам все больше отгораживался от общества. Ученики, работавшие в опрятных комнатах верхнего этажа, сдержанные и преданные друзья, которые являлись поздно и рано уходили, заказчики, молодой человек в банке и приказчики в лавках - все они стали чужды Рембрандту, хотя так или иначе помогали ему заглушать душевную боль и ускорять бег времени.  читать далее »

стр 1 » стр 2 » стр 3 » стр 4 » стр 5 » стр 6 » стр 7 » стр 8 » стр 9 » стр 10 » стр 11 » стр 12 »
стр 13 » стр 14 » стр 15 » стр 16 » стр 17 » стр 18 » стр 19 » стр 20 » стр 21 » стр 22 » стр 23 »


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru