На главную
Рембрандт
"Я всю жизнь во всем искал естественность природы, никогда не увлекался ложным блеском форм. Художника делает великим не то, что он изображает, а то, насколько правдиво воссоздает он в своем искусстве природу. Жизнь - это все для меня..."

Биография    
    Статьи
    Портреты
    Автопортреты       
    Мифология    
    Графика
    Жанры
Сын мельника    
    Нищета
    Счастье
    Нет традициям       
    Новые этапы    
    Бедность
    Итоги

Книжки о Рембрандте:   Г.Д.ГулиаГ.ШмиттА.КалининаТ.ФрисГ.НедошивинЭ.Фромантен

Рембрандт
Рембрандт.
Автопортрет, 1656


   
cвятое семейство
Святое семейство
и ангелы, 1645


   
   
Семейный портрет
Семейный портрет,
1666-1668


   

   
Жертвоприношение Авраама
Жертвоприношение
Авраама, 1635


Георгий Дмитриевич Гулиа. Рембрандт

Лисбет взяла со стола небольшой пергамент. Портрет девушки в широкополой шляпе. Живые глаза. Полуулыбка на губах. Чуть вздернутый нос.
- Ты ей немножко польстил,- сказала она жестко.- Она молода - в этом ее главное достоинство. Руки и.волосы - нет слов - холеные. Что она - дочь бургомистра?
- Да,- сказал Рембрандт.- Она из Леувардена.
- Северянка, стало быть.- Лисбет рассматривала портрет весьма критически.- Востра на язычок...
- Она образованна. Начитанна. Лисбет строго посмотрела на брата.
- Кто это сказал?
- Хендрик ван Эйленбюрг.
- А что ему остается говорить?
- Как - что?
- Не ругать же ее! Она живет у него?
- Нет, у пожилых родственников. А может, просто у знакомых. Я не очень интересовался этим.
- А следовало бы,- сказала Лисбет.
- Почему?
- Ты посмотри на себя, Рембрандт, в зеркало. Ты весь пылаешь, глядя на этот рисунок.
Он ухмыльнулся:
- Это ты хватила чересчур.
- Нет, я говорю правду.
Рембрандт приложил ладони к своим щекам.
- Холодные.
Лисбет продолжала неприязненно рассматривать рисунок.
- Говорят, она с хорошим приданым.
- Возможно. Не интересовался.
- А надо бы,- сказала Лисбет.- Порасспроси. Но не узнавай у Эйленбюрга: он наверняка соврет.
- Можно подумать, что я сватаю Саскию ван Эйленбюрг.
Лисбет фыркнула:
- Рембрандт, ты наивен. Но я-то кое-что замечаю. Он подбоченился, крутанул головой, словно ему сдавливали горло.
- В самом деле, Лисбет? Что же ты замечаешь?
- Сказать?
- Сказать.
Она положила ему руку на плечо:
- Ты очень скоро сделаешь ей предложение.
- Откуда ты взяла? - Он покраснел, отодвинул рисунок в дальний угол стола.- Кто сказал?
- Ты сам.
- Я? - изумился Рембрандт.
Лисбет подняла вверх указательный палец, попыталась изобразить улыбку на лице. И сказала, тщательно расставляя смысловые ударения:
- Рембрандт, в тебе кипят большие художнические страсти. Ты уже мастер, прославленный на весь Амстердам. Тебя даже булочник знает. И башмачник тоже. Но ты плохой актер. Тебя не возьмут даже в самый захудалый театр.
- Почему же, Лисбет?
- Ты говоришь одно, а на лице написано совсем другое.
- Я достаточно прямой... Когда таскаешь тяжеленные мешки с солодом - душой делаешься прямым. За это я ручаюсь.
Лисбет дала понять указательным пальцем: нет, нет, нет!
- Рембрандт, ты влюблен. Это - раз... Не перебивай меня. Второе: ты скоро сделаешь Саскии ван Эйленбюрг предложение. И, наконец, три: скоро я уеду от вас к себе, в Лейден. Я больше тебе не буду нужна. И это вполне естественно.
Рембрандт глядел на сестру со странным ощущением, пытаясь получше уразуметь смысл ее слов. Сказать по правде, пророчицей он еще не знал ее. В чем же она права и в чем не права? Он не знал, куда убрать руки,- они ему сейчас мешали. Сделал шаг назад, потом - вперед. Хотел что-то сказать, но передумал. Потом резко шагнул к сестре, поцеловал ее в щеку.
- Лисбет, ты, кажется, права по всем статьям!

Государственный музей. Картинная галерея. Западный Берлин. Сентябрь, 1972 год.
- Поглядите, пожалуйста, па этот пергамент. Это рисунок серебряным карандашом. Обратите внимание на дату: 1633-й. По-видимому, это самый первый портрет Саскии. Рембрандт собственноручно надписал, кого он изобразил. Прелестный рисунок, не правда ли? Мы увидим еще один чудесный женский портрет... Приготовьтесь..
. - Спасибо, но дайте сначала насладиться этим рисунком... Какая уверенная, какая изумительная рука рисовальщика!
Саския ван Эйленбюрг и ее двоюродный брат Хендрик были приглашены на ужин к ван Рейну. Саския явилась в невообразимо красивом платье, отороченном дорогими мехами. А шляпу, которая была на ней, Лисбет оценила по меньшей мере в двадцать флоринов.
- У нее денег куры не клюют,- шепнула она Рембрандту.
Он не обратил внимания на ее слова. При чем здесь деньги, когда через порог переступает сама Саския ван Эйлеибюрг, которая свежа и крепка, как ветерок, перекатывающийся весною через дюны под Лейденом? Саския благоухала кельнскими духами. Приветливо кивнула Лисбет, подала руку ван Рейну. Приметив Бола, стоявшего в двери, ведущей в мастерскую, махнула ему рукой, как старая знакомая.

Содержание:
стр 1 - стр 2 - стр 3 - стр 4 - стр 5 - стр 6 - стр 7 - стр 8 - стр 9 - стр 10 - стр 11 - стр 12 - стр 13 - стр 14 - стр 15 - стр 16 - стр 17 - стр 18 - стр 19 - стр 20 - стр 21 - стр 22 - стр 23 - стр 24 - стр 25 - стр 26 - стр 27 - стр 28 - стр 29 - стр 30 - стр 31 - стр 32 - стр 33 - стр 34 - стр 35 - стр 36 - стр 37 - стр 38 - стр 39 - стр 40 - стр 41 - стр 42- стр 43 - стр 44 - стр 45 - стр 46 - стр 47 - стр 48 - стр 49 - стр 50 - стр 51 - стр 52 - стр 53 - стр 54 - стр 55 - стр 56 - стр 57 - стр 58 - стр 59 - стр 60 - стр 61 - стр 62 - стр 63 - стр 64


Гледис Шмитт. "Рембрандт". Исследование жизни и творчества Рембрандта » предисловие »



Книга первая:

Часть первая
Часть вторая
Часть третья
Часть четвертая


Книга вторая:

Часть пятая
Часть шестая
Часть седьмая
Часть восьмая


Книга третья:

Часть девятая
Часть десятая
Часть одиннадцать
Часть двенадцать


Книга четверая:

Часть тринадцать
Часть четырнадцать
Часть пятнадцать
Часть шестнадцать


Книга пятая:

Часть семнадцать
Часть восемнадц
Часть девятнадц
Часть двадцатая



Художник Рембрандт Харменс Ван Рейн. Картины, рисунки, критика, биография
Rembrandt Harmens van Rain, 1606-1669   www.rembr.ru   e-mail: help(a)rembr.ru